Posted 2 October 2009
О чудесах света, времени и пыли


Весной мне довелось побывать в селе Мелихово, известное тем, что в нём когда-то жил, писал рассказы и лечил крестьян Антон Павлович Чехов. Мне хотелось увидеть, пусть и воссозданную, обстановку, в которой творил автор, чьи произведения стали классикой мировой литературы. На письменном столе, помимо чернильницы, рукописей, страниц из прижизненных изданий и пенсне, всем хорошо знакомого по фотографиям из учебников литературы, я обнаружил визитную карточку писателя, которая представляла собой белый прямоугольник с надписью, подкупающей своей скромностью, «Антон Павлович Чехов». Больше на этой визитной карточке ничего не было.

Летом я вернулся в Мелихово, известное тем, что когда-то в нём жил, писал рассказы и лечил крестьян Антон Павлович Чехов. Мне захотелось вновь увидеть эту визитную карточку. Но к моему удивлению, сожалению и возмущению карточки оной на месте не оказалось. В голову пришла глупая и позабавившая меня мысль, что карточка сия истлела, истёрлась, сгорела, исчезла, как шесть из семи чудес света, как планета Фаэтон, как платоновская Атлантида.

И вот о чём я подумал. Висячие сады Семирамиды, смытые наводнениями; храм Артемиды, ушедший на дно болота; геликарнасский мавзолей, александрийский маяк, колосс родосский, статуя Зевса, разрушенные землетрясением, – все эти чудеса света, описанные в древних рукописях, превратились в однородную бесцветную пыль. И оригиналы рукописей превратились в пыль. И люди, изваявшие и воздвигшие сии чудеса, люди, которые восторгались и поклонялись при виде сих чудес, давным-давно умерли, превратившись в пыль. И пыль, в которую обратились гении, ничем не отличается от пыли, в которую обратились плоды их творчества, и от пыли тех, кто пользовался плодами их творчества. Всё это пыль. Та самая пыль, что сыплется с ободов солнечной колесницы Фаэтона, этого дерзкого юнца, который мчит по небосводу, оставляя за собой белёсый пепел млечного пути, чтобы рухнуть в глубокие, как вечное забвенье, воды реки Эридан. Пыль времён.

Некто сказал, что когда-то мы все были звёздами. Мы были звёздами, ядрами комет, космическими ветрами и всполохами от взрывов сверхновых. Теперь мы те, кто мы есть – люди, отдельные особи или ходячие колонии микроорганизмов – как угодно. Знаю, что когда-нибудь нас не станет. Мы превратимся в пыль вместе с миром, окружающим нас, потому что мир этот выдуман нами, существует лишь в нашем воображении и жив, пока живы мы. Мы превратимся в пыль. В пыль времён. В такую же однородную, бесцветную пыль, которая осталась от садов, маяков, колоссов, храмов и статуй. Все мы и есть тот самый колосс, между ног которого проплывали парусники греков, мы и есть тот самый маяк, который помогал морякам обойти рифы у входа в александрийскую бухту, мы строили пирамиды, в которых нас хоронили, мы распускались цветами в садах вавилонских царей, мы покрывали золотом статуи олимпийских богов, мы были слоновой костью, из которой состояли тела этих богов, мы были теми, кто обдирал золото и слоновую кость с наших тел, мы поднимались к облакам в миазмах болот, под тиной которых навсегда исчезали утратившие величие храмы. Мы были, мы есть, мы будем. Извечные философские вопросы «Откуда?», «Кто?» и «Куда?» – это лишь симптом скоротечной болезни нашего нынешнего агрегатного состояния. Наш мозг, заражённый интеллектом, неспособен принять тот факт, что мы ниоткуда не приходили и никуда не стремимся. Мы всегда были и будем здесь. Как пыль времён. Пыль, которую взметает к невидимым небесам колесница юного бога.

Share to Facebook
Share to LiveJournal